Kyonyuu Fantasy 3 if. Божественная Одиссея +18 (5 часть)
Предыдущая часть
Через тернии к Олимпу

Центр преисподней является местом, в которое могут беспрепятственно входить лишь избранные. Именно здесь, в приёмном зале дворца преисподней и беседовали две величайшие особы. Одним из них был бог Хадес - старший брат небесного владыки Юпитера. Его собеседником был один из 12 богов Олимпа, Гермес - бог путешествий, хитрости, и красноречия. Также Гермес известен в качестве бога свободно перемещающегося между небесами и преисподней. Маясь от скуки на небесах, Гермес часто посещал дворец Хадеса, в поисках занимательных новостей, и в свою очередь он рассказывал Хадесу что случилось на небесах за последнее время. Узнав у Хадеса, что на этот раз ничего занимательного он не услышал, Гермес разочарованно вздохнул, и обратился к Персефоне (жена Хадеса), надеясь что хоть ей что нибудь известно. Персефона в свою очередь поинтересовалась, неужели на небесах совсем ничего интересного не происходит? Гермес вспомнил лишь недавний случай, когда Венера в очередной раз отшила Марса, но происходило подобное настолько часто, что и новостью это было трудно назвать. На вопрос, как поживает Атэна, Гермес с ухмылкой рассказал, как они с Венерой отделали назойливого Марса, из-за чего его задница теперь долго будет пылать огнём. Услышав это, Хадес лишь покачал головой, проворчав что Марс по прежнему нисколько не изменился. Персефона вспомнила, что по слухам Гера не так давно перебрались в Элизиум (рай). Гермес подтвердил эту информацию, добавив что Артемида тоже к ней присоединилась, но сам бы он точно не вынес такой размеренной и скучной жизни. После этого Персефона вспомнила о неожиданно распространившемся учении Святого Креста, о котором узнали даже на небесах. Гермес снова ухмыльнулся, подтвердив что наслышан об этом учении, которое основал один мужчина, объявивший себя Мессией, и заявивший о единственном боге во всём мире. Гермес с сожалением отметил, что довольно много людей оказались настолько глупы, что действительно повелись на этот очевидный обман. «Интересно что бы они подумали, если узнали что Мессия находится в преисподней?» — и Гермес расплылся в озорной улыбке. После этого Персефона осведомилась, как поживает Аполлон? Гермес вспомнил как тот начал проповедовать Марсу, что негоже ухлёстывать за женскими задницами, и лучше пусть ухлёстывает за женскими грудями. Услышав это, Персефона весело хихикнула, а Хадес поджал губы и отметил что это довольно глупо. На вопрос жены, что именно ему не понравилось, Хадес решительно заявил, что интерес к женской груди проявляют исключительно сопливые мальчишки. Персефона сразу же напомнила супругу, что даже среди подчинённых у него есть бог пайзури. Услышав о боге пайзури, Гермес удивлённо навострил уши, но Хадес лишь отмахнулся, отметив что это не стоит его внимания. Поняв что речь идёт о боге низшего ранга, Гермес сразу потерял к нему интерес. Неподалёку от дворца Хадеса, Гермеса ожидали три прибывшие с ним нимфы. Бог Феррариус проходивший мимо, не мог упустить такой возможности, и широко улыбаясь, предложил им прогуляться по преисподней, пообещав показать им нечто, чего они точно не увидят на небесах. Увидев что нимфы лишь скептически переглянулись и проигнорировали его предложение, Инфериус попытался убедить их что он никакой не подозрительный тип, а известный в преисподней бог Феррариус, который наделён правом свободно входить в местный дворец. После бахвальбы Феррариуса, одна из нимф поинтересовалась, доводилось ли ему уже бывать на небесах, и не подозревая подвоха, Феррариус самодовольно соврал, что помимо дворца преисподней бывал и на небесах. Та же нимфа спросила у него, не кажутся ли ему коридоры небесного дворца слишком узкими? Феррариус снова беззаботно соврал, что так и думает, хоть он уже и привык к этому в преисподней. После этих слов нимфы неожиданно умолкли. Феррариус с беспокойством покосился на них, недоумевая что именно он сказал не так. «Мы не собираемся идти вместе с лжецом» — ответила ему нимфа, задавшая вопрос о небесном дворце. Так и не поняв, есть ли в небесном дворце коридоры или нет, Феррариус попытался сгладить свою неудачу, и пригласил нимф выпить с ним, однако не слушая его более, они не оглядываясь отправились ко дворцу. Разочарованный их пренебрежением, Феррариус с угрозой бросил им в спину, что раз они не хотят с ним ладить, он им это припомнит в будущем. Оглянувшись на его слова, одна из нимф с коварной улыбкой пообещала что обязательно передаст эти слова господину Гермесу. Это предупреждение заставило Феррариуса прикусить язык, и он тут же поспешил пояснить что просто оговорился, затем он снова начал упрашивать нимф вернуться и выпить с ним. Нимфы проигнорировали его слова, лишь стражница Кампе хихикнула над его неудачей.

Харон с Юлинасом телепортировались прямо перед входом в преисподнюю, который сторожил близнец Цербера. После возвращения, они сразу же направились к приписанному месту обитания. Едва Юлинас успел переступить порог своей пещеры, как навстречу ему выбежал почуявший знакомый запах Цербер. Вслед за ним вылетели и злые духи, поприветствовавшие хозяина после длительного отсутствия. Неожиданно из глубины пещеры послышался голос Медузы, которая заинтересовалась, кто мог прийти в такое время. Увидев вернувшегося Юлинаса и Харона, она тут же бросилась обнимать старого друга. Цербер тоже обрадованно бегал вокруг Юлинаса и энергично вилял хвостом. Поприветствовав Юлинаса, Медуза пожурила Харона, что он так затянул с возвращением друга. Тот в своё оправдание сослался на непредвиденные обстоятельства, связанные с приходом грудастой женщины, разговором с сенатором, и встречей с вражеской богиней. Не понимая о чём он говорит, Медуза озадаченно покосилась на Харона. Тут вмешался Юлинас, извинившись за задержку, он поблагодарил Медузу за хорошие воспоминания, и возможность вволю позаниматься пайзури. Услышав что её друг наконец реализовал свою мечту, Медуза обрадовалась, и поинтересовалась, со сколькими людьми он успел заняться. Когда Юлинас сообщил о 6 особах, Харон удивился, вспомнив что он помнит лишь 5 человек. Юлинас ответил, что на самом деле так и есть, и пятеро его партнёрш действительно были из числа людей. «Что? Ты и с богиней мазоку успел заняться?» — с удивлением спросила Медуза. Когда Юлинас признался, что так и есть, Медуза тут же деловито потребовала рассказать ей все подробности. Услышав нетерпеливое гавканье, Юлинас почесал шерсть соскучившегося по хозяину Цербера. Медуза уже решила, что в честь его возвращения, они соберутся на застолье в неё дома. Харон поддержал её предложение, но услышав что она и Цербера собирается прихватить, Юлинас выразил сомнение что это удастся. В ответ на его опасения, Медуза расплылась в широкой улыбке, и заявила что к его сожалению, за это время её удалось приручить Цербера, и теперь ему от неё не сбежать. В подтверждение своих слов Медуза тут же стиснула Цербера в объятиях, на что тот лишь обречённо махнул хвостом. После этого вся их шумная компания отправилась в жилище Медузы. По прибытию, их застолье обслуживали приписанные к Медузе души усопших женщин, которые то и дело подливали гостям очередную порцию вина. Юлинас поведал Медузе о своём неловком появлении в стене арены амфитеатра, и первой статуэтке сделанной Пайей. Медуза громко рассмеялась, когда увидела насколько примитивна была первая статуэтка Юлинаса. После этого Юлинас рассказал ей о своём первом опыте пайзури, посещении каструма 13 легиона, и пленении вражеской богиней битвы. Узнав, что Юлинаса словно пойманного кабана привязали к шесту, Медуза снова прыснула от смеха. Она тут же потребовала наперёд объяснить, как ему удалось сбежать, и Юлинас начал рассказывать о насланном проклятье. Выслушав его историю, Медуза лишь покачала головой, признавшись что не ожидала подобной развязки. Харон поддержал её, сказав что и сам до последнего был уверен, что Юлинасу не удастся вернуться с победой. После этого Юлинас рассказал заинтригованной Медузе как он ходил на свидание с Аджурой, и как он неожиданно получил от неё пайзури, после ночного визита в амфитеатр. Выслушав эту историю, Медуза снова похвалила его за находчивость, и дружески похлопала по спине. Юлинасу было любопытно, каким образом его подруге удалось поладить с Цербером. На этот вопрос Медуза ответила, что когда они видела дурные сны, Цербер сам начинал ложиться рядом, и утыкался в неё носом. Когда Юлинас уточнил, что именно за дурные сны её терзали, Медуза замявшись ответила, что уже и сама этого не помнит. Юлинас сразу почуял, что это был обман, вероятно это были очень грустные сны, о которых Медуза просто не хотела вспоминать. Спустя некоторое время, перепивший вина Харон опрокинулся на спину и захрапел. На ногах остались лишь Медуза с Юлинасом. За разговорами Медуза похвасталась Юлинасу, что за время его отсутствия ей удалось поладить с Цербером, и теперь он не возражает, когда она тискает его. Наблюдая что Цербер действительно больше не скулил когда Медуза пыталась обнять его, Юлинас рассказал что сам наказал ему быть послушным, в благодарность за поддержку Медузы. Услышав это, Медуза обрадовалась, и предложила снова за это выпить. Перепивший Харон никак не отреагировал на её слова. Глядя на храпящего друга, Медуза фыркнула, что стыдно смотрителю за богами быть настолько слабым к вину. Юлинас предположил, что возможно Харон просто утомился, после того как ему всё это время приходилось следовать за ним. После этих слов Юлинас подумал, как ему повезло иметь таких хороших друзей как Медуза и Харон. Будь у него возможность, он с готовностью отплатил бы им, исполнив любое их желание. Когда он сказал об этом Медузе, она лишь беззаботно отмахнулась от его предложения, сказал что её достаточно и одного Цербера. Тем не менее, Юлинас по прежнему продолжал настойчиво выпытывать у неё, чего она желает больше всего. Покосившись на неугомонного друга, Медуза с прежней улыбкой ответила, что пусть он не беспокоится о вещах, которые ему неподвластны. Этот уклончивый ответ удивил Юлинаса, и он поинтересовался что же именно ему неподвластно, но Медуза поспешила закрыть эту тему, сославшись на то что она и так довольна возвращением своего друга. После долгого застолья, вслед за Хароном заснули и остальные. В наступившей тишине раздавались лишь всхлипывания спящей Медузы, и слабое шипение змей.

На следующий день, весь Дрониум обошли слухи о возвращении Юлинаса в преисподнюю. Столик в таберне, где Юлинас обедал вместе с Аджурой, стал главной достопримечательностью заведения, и теперь его можно было зарезервировать лишь за плату в один сестерций. Даже несмотря на плату, готовых зарезервировать этот особенный столик было в избытке. Один из горожан пил вино за этим столиком, и с ностальгией вспоминал время, когда Юлинас сидел здесь в компании неизвестной красотки. К одинокому мужчине подсела известная меретрикс, которая предложила ему испытать на себе счастье Юлинаса. «То что господин Юлинас любит больше всего, благословение господина Юлинаса. Я сделаю это за 2 асса». Мужчина смутился, что ему предлагают развлечься с утра пораньше, и меретрикс напомнила, что у Юлинаса была привычка развлекаться именно с самого утра. Задумавшись над этими словами, мужчина обратил внимание на грудь меретрикс, и поразился её размеру. Заметив его взгляд, меретрикс ещё сильнее выпятила грудь, и мужчина без дальнейших колебаний принял её предложение, желая немедленно попробовать на вкус благословение Юлинаса. Оба тут же поднялись, и скрылись на втором этаже таберны.

В это время Пайя направлялась к святилищу Медузы с большой охапкой цветов. Прибыв на место, она осторожно приблизились к святилищу, и возложила принесённые цветы. «Госпожа Медуза. Прошу вас, простите меня за случившееся» — произнесла она дрожащим голосом, после чего вознесла молитву и поднялась. После возвращения в город, Пайя направилась к амфитеатру. Заметив как она нерешительно остановилась с цветами рядом со входом, один из узнавших её стражников догадался, что она пришла выразить почтение, и разрешил войти через служебный вход. Поблагодарив стражника, Пайя вошла на цокольный этаж, на котором она занималась пайзури вместе с Юлинасом. Когда она вышла на арену, то удивилась как много иногородних путешественников прибыло сюда, чтобы своими глазами увидеть место появления бога-хранителя Дрониума. Среди этих людей она неожиданно разглядела знакомые лица. Поприветствовав прибывших ранее Дестру с Эскельдой, Пайя возложила принесённые цветы к памятной стене Юлинаса, и сложила руки в молитве: «Господин Юлинас, вы в добром здравии? — подумала она про себя — Сегодня у меня тоже всё в порядке. Ваш храм вырастает словно на глазах. Я молюсь, чтобы и в преисподней вы могли вволю насладиться своим любимым пайзури». Едва Пайя успела закончить молитву, как послышался голос прибывшей Констанции. Вместе с Констанцией показалась и фигура Зоэ, обе несли с собой цветы. Констанция призналась Зоэ, что пришла сюда из-за слухов, что в этом месте впервые появился Юлинас. Зоэ подтвердила это, и рассказала как Юлинас выбрался из стены, благодаря сделанной Пайей статуэткой. Услышав эту ностальгическую историю, Пайя с довольным видом закивала. Дестра с Эскельдой тоже с удовольствием предались воспоминаниям о том времени. Глядя на них, Констанция с улыбкой призналась что завидует им, ибо хотела бы увидеть это своим глазами. Глядя на углубление в памятной стене, Дестра задумчиво произнесла, возможно ли через него попасть напрямую в преисподнюю? Эскельда сразу ответила, что вряд ли такое возможно, и Дестра согласилась с ней, отметив что это вероятно это может рассердить господина Юлинаса. «Он не рассердится — улыбнулась Эскельда — если займётся пайзури, то всё в порядке». Обе девушки согласно засмеялись. Констанция и Зоэ возложили принесённые цветы, вероятно они как и Пайя вошли вне очереди благодаря стражникам. Констанция вспомнила, что всё ещё не завтракала, и поинтересовалась у остальных, не желают ли они позавтракать вместе с ней. Дестра с Эскельдой тоже проголодались и охотно приняли приглашение Констанции. Пайя тоже не стала отказываться от ей приглашения, после чего все пятеро покинули арену. На обратном пути Констанция напомнила Пайе, что храм похоже вскоре будет закончен. Она сразу заметила, как та немного волнуется предстоящему открытия и приободрила её, пожалев что сам господин Юлинас не сможет присутствовать на церемонии.

Спустя несколько дней Медуза проснулась в убогом жилище Юлинаса. Заметив слёзы на лице, она поспешно утёрла их. Ни хозяина жилища, ни Харона, не было рядом. Один лишь Цербер сидел рядом с ней. Медуза с энергичным видом поприветствовала и обняла своего любимца. В этот день их компания собиралась на первую прогулку к подземному озеру. Помимо Юлинаса, Харона, Медузы, и Цербера, решено было взять прислужниц Медузы и злых духов Юлинаса, которые которым приходилось сутками находиться в своих жилищах. Глядя как резвятся в дороге его друзья, Харон усмехнувшись напомнил им, что они рискуют выбиться из сил ещё до того как доберутся до подземного озера. Медуза самодовольно ответила ему, что у неё неиссякаемый запас выносливости. Когда они прибыли на место, сопровождавшие рабыни тут же приготовили всё для комфортного распития вина. Сгорая от нетерпения, Медуза мигом осушила первую чашу, изумившись превосходному вкусу вина. Юлинас тоже был удивлён, не ожидая что у Медузы могло оказаться настолько хорошее вино. Она призналась, что получила его от госпожи Персефоны, и пожаловалась, что Феррариус в последнее время совсем перестал заносить ей жертвенное вино. Юлинас предположил, что вероятно это связано с тем, что она надавала ему тумаков. Медуза тут же пригрозила ещё поколотить его, если он и дальше заставит её ждать. Юлинас шутливо предупредил, что такими поступками она рискует прославиться в качестве местного тирана. Медуза самодовольно ухмыльнулась, заявив что не против такой славы, и залпом осушила чашу с вином. Злые духи тоже наслаждались вкусом вина, полностью опьянев после первой же чаши. Медуза вспомнила о богине мазоку, пожалев что она не смогла присоединиться к ним. После этого она поинтересовалась у Юлинаса, когда она пообещала явиться. Узнав что они не договорились о конкретной дате, Медуза попеняла Юлинасу на непредусмотрительность, заметив что без указания конкретных сроков, Аджура может и вовсе не явиться. Слушая укоры со стороны подруги Юлинас лишь смущённо улыбнулся. Харон вмешался в их беседу, вспомнил что Юлинасу не удалось взять обещание из-за за противоречивого характера одной особы, не привыкшей отвечать искренне. Недоумевая о ком идёт речь, Медуза потребовала назвать эту особу, и Юлинас шутливо указал на неё. Медуза тут же вспыхнула, и сердито вцепилась пальцами в щёки Юлинаса. Тот поспешил сослаться на шутку, но возмущённая Медуза продолжила неумолимо растягивать его щёки. Услышав как Юлинас взмолился о пощаде, Медуза рассмеялась увидев его распухшее лицо, и ослабила хватку. Юлинас тут же возмутился её тираническими повадками, и Медуза оправдывая свою репутацию, снова с прежней силой ухватилась за его щёки. Глядя как Юлинас снова запросил пощады, Медуза весело рассмеялась искренним смехом, который он давно от неё не слышал. После продолжительной попойки вся компания вернулась в жилище Медузы, где и было решено переночевать. Сонная Медуза едва добрела до собственной постели, и тут же заснула. Глядя на уснувшую Медузу, Харон лишь покачал головой, и проворчал что она словно избалованная принцесса. Юлинас согласился с ним, отметив что несмотря на это, она по прежнему довольно милая. Увидев что даже Цербер прикрыл глаза, Юлинас поинтересовался у Харона, не пора и им укладываться спать? Его друг напомнил, что они уже долгое время не выпивали вместе, и Юлинас принимает его предложение. Налив в обе чаши вина, Юлинас поинтересовался у Харона, когда он планирует отправиться к господину Хадесу с отчётом? Харон ответил, что решил отправиться на следующий день, хоть он и не ожидает, что из-за продления его срока пребывания, его примут с распростёртыми объятиями. Юлинас извинился, что другу придётся нести за это ответственность, но Харон улыбнувшись сказал ему не беспокоиться за свою работу. Хоть Юлинас и сказал, что не возражает, если его решат наказать, Харон ответил что не ожидает для него наказания, за свой вклад в укрепление веры в богов. После этого Харон снова напомнил о его святилище в каструме 13 легиона, и строящемся храме в честь него и Медузы, отметив что лишь этого более чем достаточно, что считать это ценным вкладом в укрепление веры в богов. Выслушав друга, Юлинас признался что по прежнему думает, что это был лишь сон. Харон понимал его чувства, ведь для Юлинаса это был первый храм за всю его долгую жизнь, и он сам получил удовольствие, впервые побывав в мире людей вместе со своим другом. Когда Харон вспомнил Аджуру, которую Юлинас хотел привести с собой, тот тоже с ностальгией вспомнил о ней, и её приятное пайзури. Когда Юлинас опять заговорил о пайзури, Харон лишь покачал головой, и они ненадолго замолчали. Харон полюбопытствовал у Юлинаса, какую награду он хотел бы получить у господина Хадеса? Хоть Юлинас и помнил о раннем разговоре на эту тему, он по прежнему сомневался, действительно ли ему полагается награда. Харон уверил друга, что не сомневается в этом, и предположил что ему стоит просить о более роскошном жилище, или заменить злых духов на прислужниц. Юлинасу понравились оба предложения, а Харон добавил что неплохо бы ещё попросить доставлять ему более благородное вино. Юлинасу эта идея тоже показалась заманчивой. С улыбкой хлопнув друга по плечу, Харон сказал что у него ещё целая ночь впереди, чтобы определиться со своими желаниями.

Юлинас неожиданно проснулся посреди ночи. Перед этим они с Хароном как следует выпили, и после того как друг перестал реагировать на его речь, Юлинас тоже улёгся спать. В это время Харон и злые духи крепко спали. Прислужницы Медузы тоже спали крепким сном. Когда Юлинас глянул на спящую Медузу, раздалось предостерегающее шипение, и змеи на её голове начали извиваться. Юлинас снова молча поблагодарил Медузу за все свои приятные воспоминания. Та издала слабый голос, словно разговаривая во сне. Глядя на её неизменное лицо, словно милого, спящего ребёнка, Юлинас неожиданно услышал её встревоженные стоны. Услышав всхлипывания Медузы, к ней приблизился проснувшийся Цербер. Когда Юлинас услышал, как сквозь сон Медуза оплакивает свои обратившиеся в змей волосы, у него перехватило дыхание. Вероятно во сне её терзали воспоминания о том времени, когда она обратила на себя гнев госпожи Атэны, которая превратила её волосы в змей. «Я хочу вернуть прежние волосы...я не хочу этих змей...» — продолжала плачущим голосом причитать во сне Медуза. Цербер лег вместе с ней, и уткнулся своим носом ей в бок, после этого Медуза сразу притихла. Юлинас безмолвно смотрел перед собой. Медуза никогда не рассказывала ему об этом сне, где её волосы вероятно превращаются в змей. В голове всплыл недавний разговор, когда она упомянула о вещах, которые ему неподвластны. Теперь Юлинас наконец понял, что она имела в виду, говоря о неподвластных ему вещах. Глядя на её спящее лицо, Юлинас догадался, что больше всего она мечтает вернуть свои волосы. Те самые чудесные волосы, которыми она обладала до того как вызвать гнев госпожи Атэны.

Когда Юлинас проснулся, Медуза по прежнему спала. Глядя на её лицо, Юлинас вспомнил о событиях минувшей ночи. Едва перед его глазами всплыла картина плачущей подруги, как Медуза пошевелилась, и открыла глаза. Она сразу увидела наблюдавшего за ней Юлинаса, и заметив рядом лежавшего Цербера, тут же принялась энергично тискать его. Услышав что Юлинас собирается возвращаться домой, Медуза удивилась столь неожиданному решению и поинтересовалась заберёт ли он с собой и Цербера? Когда Юлинас ответил что и Церберу придётся возвращаться, Медуза решила как следует потискать его напоследок, да так, что бедная животина даже взвыла от отчаяния. К полудню Юлинас в компании Цербера покинули особняк Медузы, которая вышла провожать гостей, и на прощанье пожала лапу Церберу, пообещав снова наведаться к нему. На полпути, у подземного озера Юлинас попрощался и с Хароном, который направлялся во дворец Хадеса. В скором времени Юлинас с Цербером вернулись к дому приписанной за ними области. Как и обычно здесь было одиноко, ибо вокруг не было ни души. Подумав об этом, Юлинас с ностальгией вспомнил о днях в мире людей, своих женщинах, членах городского совета, и окликавших его жителях Дрониума. Тогда он был в центре всеобщего внимания, словно то время было лишь сном. Поглядев на Цербера у своих ног, Юлинас задумчиво произнёс, что наверное он сам на себя не похож. Цербер одобрительно гавкнул в ответ. Так за разговорами с гавкающим Цербером Юлинас наконец подошёл к собственному жилищу. Из глубин земли раздался отдалённый раскат, эти звуки пробивались из самого Тартара. Так как единственный путь в Тартар пролегал мимо жилища Юлинаса, в его обязанности так же входило надзирать за душами направленными туда. Несмотря на это, за все годы он не помнил ни одного случая, чтобы ему пришлось иметь дело с беглецами из Тартара. Юлинас вспомнил, что это также было место, где он впервые встретился с Медузой. Она постоянно скрывалась от взглядов окружающих в одной из местных пещер, и не показывалась даже когда он звал её. Он уже и не помнил сколько дней прошло за уговорами, прежде чем Медуза решилась впервые показаться ему на глаза. Увидев её впервые, он подумал что она довольно милая, но после этого он заметил её волосы, и понял почему Медуза с самого начала скрывалась от него. Чтобы быть деликатным, он не стал расспрашивать её об этих волосах, и не знал какой была Медуза до них. Спустя два дня отсутствия Юлинас наконец прибыл в своё жилище, где его встретили ехидные, злые духи. Они с привычной неторопливостью налили хозяину низкокачественного вина. В отличие от Медузы, хорошее вино не полагалось Юлинасу из-за его низкого статуса. Поэтому каждый раз когда Медуза приходила к нему поиграть, она приносила собственное вино, в остальное время у Юлинаса не было возможности насладиться вкусом качественного вина. Юлинас рассказал своим прислужникам, что Харон отправился с отчётом к господину Хадесу и госпоже Персефоне, предварительно обнадёжив его возможностью получения награды. Услышав это, злые духи насмешливо заявили, что они очень в этом сомневаются, если принимать во внимание насколько их хозяин превысил отмеренный ему срок. Пока злые духи со смехом обсуждали эту новость, Юлинас вздохнул и лёг на постель, погрузившись в воспоминания о оставленных им женщинах из мира людей, и Аджуре.

В месте известном в преисподней как подземное озеро, собралось несколько посетителей. В то время как Юлинас дремал после возвращения домой, на берегу озера со скучающим видом сидел бог Гермес. Он явился, прознав что здесь обычно распивают вино, но никакого интереса это место у него так и не вызвало. Обернувшись к двум сопровождавшим его нимфам, Гермес задумчиво произнёс, что вероятно он скорректирует свой график, и они вернутся на небеса уже сегодня. Едва он успел это произнести, как раздались торопливые шаги, и его окликнула третья вернувшаяся нимфа. Гермес лениво поинтересовался у своей подчинённой, неужели она решила удивить его новостями о прыгающей рыбе? Нимфа немедленно поведала ему о Хароне, который по её словам направляется с отчётом во дворец владыки Хадеса. Услышав это Гермес разочарованно скривился, но нимфа напомнила, что Харон является во дворец лишь в исключительных случаях, когда ему приходится возвращать тех, кто превысил свой срок пребывания в мире людей, поэтому вероятнее всего речь идёт о наказании для нарушителя. После её слов, на лице Гермеса неожиданно возникла широкая улыбка: «Нарушение значит... — пробормотал он — Похоже это будет занятно. А если это окажется крупная рыбка, то тем лучше». Поднявшись на ноги, Гермес объявил нимфам, что их возвращение на небеса откладывается, пока они не разведают что к чему.

Расставшись с Юлинасом, Харон вскоре достиг входных ворот во дворец преисподней. На входе его встретила привратница Кампе, которая догадалась что его столь редкий визит был связан ни с чем иным, как с недавней отправкой в мир людей. Харон подтвердил, что на самом деле так и есть, после чего Кампе поинтересовалась, кого же именно ему пришлось возвращать на этот раз? Услышав имя Юлинаса, Кампе так и не смогла вспомнить, кем он является, ибо она помнила лишь имена тех, кто имел право самостоятельно входить в дворец преисподней. После прибытия Харона в приёмный зал, сразу же показались фигуры местных владык, Хадеса и Персефоны. «Я прибыл с отчётом — поклонился им Харон — Юлинас был благополучно возвращён обратно». Персефона поблагодарила его за проделанную работу, и Хадес тут же бросил на неё хмурый взгляд. Учитывая что заслушивать отчёты о возвращении богов было его прямой обязанностью, было досадно уступать инициативу своей супруге. Не обращая внимания на взгляд мужа, Персефона поинтересовалась, кого из богов требовалось возвращать на этот раз? Услышав что этим богом оказался Юлинас, Хадес ещё сильнее нахмурился, пытаясь вспомнить о ком идёт речь. Персефона укоризненно взглянула на мужа, и удивившись его забывчивости, напомнила о боге пайзури, которому он много лет назад доверил Цербера, а днём ранее она говорила о нём Гермесу. «А-а, тот самый бог пайзури, который говорил что у него нет опыта пайзури, и сам является пайзури девственником» — разочарованно процедил Хадес. После этого он поинтересовался у Харона, что вероятно у него не было проблем с превышением отмеренного срока? Харон тут же признался, что установленный срок был нарушен. Услышав это, брови Хадеса удивлённо взметнулись, и Харон с прежним хладнокровием пояснил на этот раз превышение срока было на законных основаниях, связанных с укреплением веры в богов, и неожиданно возникшими обстоятельствами требующими их незамедлительного вмешательства. Услышав этот ответ, Хадес грозно поинтересовался, готов ли Харон обосновать свои слова? После этого Харон доложил об официальном запросе о помощи от римского проконсула и сенатора, а дело касалось противостояния варварской богине битвы, к чьей силе прибегли их противники. Хадес изумился, для чего потребовалось вызывать против богини битвы девственного бога пайзури? Пришлось Харону пояснить, что Юлинас был изначально призван для избавления от проклятья Медузы, поскольку крайне затруднительно было бы вызвать в мир людей более известного бога. Хадесу и самому было хорошо известно, что со времён Астреи не было богов, которые явили бы себя в мире людей. Но он по прежнему не понимал, почему люди обратились за помощью именно к девственному богу пайзури, и мог ли он обладать достаточной силой, чтобы покрыть все прочие изъяны? Когда Харон признался, что именно такой силой Юлинас и обладал, Хадес ещё сильнее изумился. Харон рассказал что в результате этого варвары согласилась уступить Риму, и богиня битвы оставила их, после того как они поклялись никогда больше не заимствовать её силу. После этих слов Хадес помолчал, и осмыслив сказанное с удивлением поинтересовался, неужели богиня битвы оказалась настолько слабой, что её удалось повергнуть? Харон лишь покачал головой в ответ, пояснив что богиня битвы не была повержена, но вместо этого были одурачены сами варвары. Тут уж Хадес заподозрил неладное, и объявил что не верит, что кроме битвы можно было одержать победу подобным образом, а учитывая что сам Харон является близким другом Юлинаса, вероятнее всего он просто пытается выгородить его. Спокойно выслушав обвинения в свой адрес, Харон предложил Хадесу проверить его слова, отправив на сбор информации своих подчинённых. После этого Харон рассказал о строящемся в Дрониуме храме в честь Юлинаса и Медузы, а так же святилище Юлинаса в каструме 13 легиона. В конце он упомянул и про обещанный храм Юлинаса в самом Риме. Услышав эти слова, Хадес сурово взглянул на Харона: «Что за вздор!.. — сердито воскликнул он — Юлинас совершенно никому не известен! Невозможно чтобы подобному типу был построен храм в Риме! Даже у всякой лжи есть свой предел!». Выслушав эти обвинения, Харон по прежнему невозмутимо предложил отправить подчинённых и проверить его слова. Не зная что на это ответить, Хадес умолк, после чего Харон объявил что на этом его доклад закончен, и попрощавшись удалился. После ухода Харона, Хадес по прежнему задумчиво молчал. Персефона поинтересовалась у мужа, какое решение он планирует принять? Хадес с прежним недоверием отозвался о словах Харона, сказав что не собирается верить в чушь о том, что пайзури девственник одолел богиню битвы, а в Риме будет построен храм никому не известного бога. Выслушав мужа, Персефона уточнила, значит ли это, что он собирается наказать Харона за ложные утверждения? С опаской покосившись на жену, Хадес предпочёл промолчать. Несмотря на свой хрупкий вид, в принципиальности ей не было равных. С улыбкой взглянув на мужа, Персефона чётко произнесла, что Харон не лжёт. Пытаясь как то оправдать свою позицию, Хадес напомнил что может он просто пытается выгородить своего друга. Расплывшись в победной улыбке, Персефона подытожила, что другими словами он обвиняет Харона во лжи ради своего друга. Это замечание заставило Хадеса прикусить язык, уж он то лучше всех знал как остра бывает на язык его жена. Персефона тут же наказала ему как следует всё разузнать. чтобы меч правосудия не обрушился ненароком на невиновных.

После ухода Хадеса и Персефоны, довольный Гермес вышел из укромного места. Услышав что пайзури девственник смог одолеть богиню битвы, Гермес понял, что если ему первому удастся это подтвердить, это станет сенсационной новостью среди прочих богов. Вернувшись к подземному озеру, Гермес приказал ожидавшим нимфам немедленно отправляться в мир людей, и выведать всю информацию о Юлинасе. Получив этот приказ, реакция нимф оказалась крайне негативной: «Не думаю, что есть какой либо смысл в проверке — произнесла одна из них — Тот бог не представляет из себя ничего особенного». Увидев что эти слова не произвели на Гермеса должного впечатления, нимфа рассказала о неудачной встрече с распитием вина, которую они почти сразу покинули из-за этого выходок этого бога. Другая нимфа поддержала подругу, рассказав что он признался им что предпочитает лишь большие груди, и мечтает заняться пайзури с госпожой Атэной, и госпожой Венерой, несмотря на то что сам является нижайшим богом в преисподней. Эти слова крайне поразили третью нимфу, которая лишь недавно успела попасть на небеса. Несмотря на предостережения нимф, Гермес лишь самодовольно ухмыльнулся, и ответил что у каждого есть свои мечты, и он не берётся судить хороши они или плохи. Обе нимфы, снова попытались отговорить Гермеса от своей задумки, сославшись на то, что тот посредственный бог не имел никаких шансов против богини битвы. С широкой улыбкой взглянув на них, Гермес ответил что раз уж они так хорошо знают этого бога, то им он и доверит ещё одно поручение, отправиться в каструм 13 легиона и выяснить что известно о храме и святилище Юлинаса. Скривившись от этих слов, нимфы промолчали. Тем не менее. когда Гермес спросил есть ли у них возражения, обе с неохотой приняли его задание. Увидев что они про прежнему стоят на месте как вкопанные, Гермес поинтересовался, уж не намекают ли они ему, отправиться на разведку самостоятельно? После этого предостережения, обе нимфы тут же бросились исполнять взятое поручение. В скором времени обе нимфы в форме динамиса прибыли в центр Дрониума.

Не так много времени прошло в преисподней, после возвращения Юлинаса, однако в мире людей минуло уже более полугода. Невидимые для окружающих, нимфы должны было удостоверить все слухи о Юлинасе. Хоть они и были уверены, что всё это нелепое враньё, однако им пришлось подчиниться воле господина Гермеса. Первым делом они отправились в ближайшую таберну. Первое что они увидели внутри, это меретрикс зазывающую очередного клиента. «Хоть господин Юлинас и покинул нас, его благословение по прежнему действует! Если желаешь позабавиться со мной, я дам тебе ка-ак следует насладиться удовольствием господина Юлинаса♪». Прибывший из другого города мужчина, поинтересовался что представляет собой удовольствие господина Юлинаса, и услышав от меретрикс о пайзури, смущённо полюбопытствовал насколько это хорошо? Меретрикс ответила, что Юлинас это просто обожает, даже больше чем проникать в женщину. Мужчина поинтересовался, неужели речь идёт о том самом великом Юлинасе, и меретрикс подтвердила что она говорит о великом победителе племени минотавров. Услышав это, мужчина решил уважить Юлинаса, и принял предложение меретрикс. Она пообещала одарить клиента благословением господина Юлинаса, и оба скрылись в комнате на втором этаже таберны. Услышав этот разговор, одна из нимф с досадой вздохнула, несмотря на их ожидания, им пришлось констатировать факт, что жители города всё ещё помнят того нижайшего бога. Тем не менее, они по прежнему считали враньём, что такому богу удалось одолеть племя минотавров. Они вышли прогуляться на городские улицы, и тут же заметили повсюду уличных торговцев, продающих резные статуэтки патлатого мужчины, и зазывающих приобрести обереги. Увидев эти патлатые статуэтки, одна из нимф одёрнула подругу и показала на их невероятное сходство с упомянутым богом. «Н-Наверное кто-то другой» — озадаченно ответила та, но к их удивлению желающих приобрести эти статуэтки и амулеты было в избытке. Рядом с амфитеатром нимфы увидели возводимый храм, и высеченный на камне образ бога. Увидев его изображение, одна из нимф снова с удивлением узнала в нём патлатого бога. Её подруга, с трудом сохраняя хладнокровие, снова возразила, что скорее всего она просто обозналась. Они решила осмотреть арену амфитеатра, и неожиданно натолкнулись на памятный знак у стены, рядом была памятная вывеска со следующим пояснением: «Герой, что спас город от проклятья Медузы. Бог пайзури - господин Юлинас, впервые появился на этом месте». Прочитав вывеску, обе нимфы невольно вскрикнули. Они по прежнему не могли в это поверить, и не понимали, каким образом тот нижайший бог оказался вписан в эту табличку. Пока нимфы приходили в себя после прочитанного, несколько римлян пришли на арену и прочитали памятную вывеску. Прочитав её, они понимающе кивнули, и возложив принесённые дары, удалились. Нимфы округлившимися глазами провожали их вслед, они не могли себе представить, что тому нижайшему богу, только что было принесёно подношение. Нимфы стремительно покинули Дрониум, их следующей целью был каструм 13 легиона. Пролетая над акведуком, они заметили возле него бредущую группу печальных женщин, словно они недавно лишились очень близкого им человека. Прибыв к каструму, нимфы влетели в раскрытые ворота, и устремились в его центр. Они увидели построившихся воинов, но на их лицах не было и тени паники или тревоги. Выйдя из-за спин воинов, нимфы увидели, что все они смотрят лишь в одну сторону. Обе наконец заметили, что взгляды собравшихся обращены к построенному святилищу, что было скрыто за занавесом. Легат Вирт вышел вперёд и обратился к воинам: «С этого времени начинается церемония открытия святилища в честь господина Юлинаса, бога-покровителя нашего 13 легиона». После его обращения, воины сдернули занавес со святилища. Открылась патлатая статуя, до боли напоминающая те бесчисленные статуэтки неоднократно виденные ранее в Дрониуме. Встав перед статуей, Инфериус обратился к Юлинасу, выразив надежду, что он по прежнему слышит их, и осведомлён о церемонии открытия святилища в свою честь. Инфериус выразил ему признательность за время проведённое с ними, и извинился за опоздание с постройкой статуи в его честь. Инфериус объявил, теперь он возвращается в Рим, и приступит к строительству храма в честь господина Юлинаса, а до этого времени, пусть он простит его лишь за это святилище. После речи Инфериуса нимфы застыли на месте от изумления, не в силах произнести ни слова. Следующим перед статуей выступил Матика: «Господин Юлинас. Похоже что храм в Дрониуме тоже в скором времени будет построен. Пожалуйста, непременно снова когда нибудь явитесь сюда. И пожалуйста, обязательно навестите храм в Дрониуме». После слов сенатора, Вирт объявил воинам, что пришло время вознести молитву господину Юлинасу. Когда солдаты дружно направились к святилищу, изумлённые нимфы лишь безмолвно выпучили на них глаза.

После возвращения нимф, Гермес выслушал их доклад, и с досадой уточнил, действительно ли они не слышали упоминаний, каким именно образом Юлинас смог одолеть минотавров? Нимфы признались, что поскольку они не могли спросить об этом напрямую людей, им не удалось выяснить всех подробностей. Узнав причину, Гермес решил что проще будет узнать подробности у Юлинаса, и хлопнув в ладоши он призывает ещё двух нимф. Гермес поручает нимфам пригласить Юлинаса на распитие вина, и дождавшись когда у него развяжется язык, выведать всю необходимую информацию. Покинув подземное озеро, нимфы отправились на поиски жилища Юлинаса, что само по себе было непростым делом, ведь из-за его малоизвестности мало кто в преисподней мог сообщить им где именно он обитает. Не зная как именно им добраться до цели, нимфы долгое время блуждали среди бесконечных пещер преисподней, пока наконец не вспомнили о Медузе и Хароне, единственных друзьях Юлинаса. Не зная, где именно обитает Харон, они решили отправиться к жилищу Медузы. Когда они наконец прибыли, оказалось что в это время Медузы не было дома. Прислужницы ответили им, что хозяйка отправилась в гости к Юлинасу, но им не было известно где находится его жилище. Обе нимфы растерянно переглянулись, не зная как им действовать дальше. В это время они услышали голос прибывшего Феррариуса. В поисках Медузы он вошел в её жилище, и крайне удивился, когда увидел внутри двух нимф. Увидев Феррариуса нимфы умолкли, одна из них была той, что отклонила его приглашение на распитие вина. Одна из нимф тут же медовым голосом осведомилась у Феррариуса, знает ли он где может находиться Медуза. Феррариус сразу ответил, что если её нет дома, то она скорее всего дома у Юлинаса, чтобы поиграть с Цербером. Нимфа снова вкрадчиво поинтересовалась, известно ли ему, где находится жилище Юлинаса? Когда Феррариус простодушно подтвердил это, нимфа сразу попросила его показать им дорогу. С подозрением уставившись на нимфу, Феррариус напомнил как она недавно отвергла его приглашение. Нимфа тут же извинилась за тот случай, но Феррариус с ухмылкой заявил, что он слишком много страдал, чтобы это можно было загладить простым извинением. Услышав эти слова, нимфы мрачно промолчали, а Феррариус заявил, что если им всё равно, то они могут и дальше самостоятельно блуждать по лабиринтам преисподней в поисках жилища Юлинаса, о котором известно лишь ему, Медузе и Харону. Нимфы снова мрачно промолчали, но когда Феррариус снова начал давить на них, они сказали что действуют по приказу господина Гермеса, и доложат ему о случившемся. Услышав это предостережение, Феррариус с досадой прикусил язык, после чего мрачно ответил, что в любом случае, его помощь не будет бесплатной. Тогда нимфа предложила ему сделку, они отправятся на распитие вина к Юлинасу, и на этот раз позволят господину Феррариусу присоединиться к ним. Услышав, что его приглашают присоединиться к распитию вина, Феррариус оживился, и сказал что в таком случае они сядут по бокам от него, и будут подливать ему вино. Когда нимфы приняли это условие, Феррариус сказал что он немедленно отправится к Юлинасу, а им надлежит через два часа ждать его на берегу подземного озера. Нимфы попробовали было увязаться вместе с ним, но Феррариус раскусил их хитрость, дав понять, что заранее показав им путь до жилища Юлинаса, он больше не сможет рассчитывать на совместное распитие вина. После неудачной попытки, нимфы смирились, и согласились дождаться его возвращения в особняке Медузы. Феррариус напомнил, что он приведёт Юлинаса на берег озера, поэтому прежде ожидает увидеть их там. После ухода Феррариуса, одна из нимф раздражённая его непристойным отношением, пообещала рассказать обо всём господину Гермесу. Подруга призвала её проявить сдержанность, хотя бы до тех пор пока они не встретятся с богом пайзури.

В это время Юлинас видел сон о мире людей. По обе стороны от него находились Дестра с Эскельдой, а Пайя наливала в его чашу вино. Он увидел перед собой, обнимавших его Констанцию с Зоэ, и понял насколько он по ним соскучился. Лишь подумав об этом, Юлинас тут же проснулся, и заметил что обнимает камень. Глядя на обескураженного хозяина Цербер весело фыркнул, злые духи тоже ехидно посмеивались в стороне. Даже Медуза не удержалась от смеха. Увидев неожиданную гостью, Юлинас поинтересовался, когда она успела заявиться? Медуза ответила что прибыла совсем недавно, но не ожидала увидеть, что вместо грудей он начал предпочитать камни. Юлинас попытался оправдаться, но Медуза снова подняла его на смех. Снова вспомнив недавний сон, Юлинас подумал как сейчас поживают те пятеро человеческих женщин. В этот момент до него донесся голос разыскивающего его Феррариуса. Бесцеремонно ввалившись в его пещерную лачугу и увидев Юлинаса, Феррариус широко улыбнулся. Насупившаяся Медуза тут же поинтересовалась, по какому делу он заявился? «Я пришёл по делу к Юлинасу — важно ответил Феррариус, и указал на него пальцем — Собирайся поживее, мы идём пить». Удивившись столь редкому предложению, Юлинас поинтересовался с кем они собираются пить? Скривившись, Феррариус тем не менее пояснил, что компанию им составят нимфы, которые хотят поговорить с ним. Медуза с удивлением взглянула на Феррариуса. Юлинас тоже нисколько не ожидал, что нимфы вдруг захотят поговорить с ним. Даже злые духи забормотали, что похоже господин Феррариус захотел лишний раз подразнить их хозяина. Услышав что его обвиняют во лжи, Феррариус громко возмутился, но Юлинас продолжал выпытывать у него, какой смысл приглашать того, к кому нимфы испытывают неприязнь? Феррариус и сам не понимал, зачем им понадобилось приглашать Юлинаса, поэтому он велел ему не тормозить, и отправляться на постоянное место у подземного озера, предупредив на этот раз не болтать ничего лишнего. Юлинас успокоил его, пообещав на этот раз выговориться как следует. Феррариус даже покраснел от негодования, и сердито крикнул ему, внять его просьбе и не распускать язык.

Когда они прибыли к подземному озеру, нимфы уже собрались на месте. Всего прибыло 4 нимфы, красавицы как на подбор. Вот только из-за удивительной схожести, нельзя было определить кто из них сбежал после предложенного Феррариусом распития вина. Оставив попытки опознать их, Феррариус нацепил на лицо широкую улыбку, и польстил красоте нимф, пообещав что его вино избавит их от любых забот. Пропустив его слова мимо ушей, взгляды всех нимф были прикованы к Юлинасу. «Такой же патлатый как и прежде» — шепнула одна из нимф подруге. Та напомнила, что несмотря на это, он выглядит как и на статуе. Феррариус снова попытался привлечь их внимание, посетовав что у них довольно скромная мужская компания. Когда он занял своё место, по бокам от него разместились две нимфы. Ухмыльнувшись, Феррариус с развратной улыбкой сгрёб обеих нимф за талии, те лишь поморщились от отвращения. Потискав нимф, Феррариус вальяжно развалился, и потребовал у них налить ему полную чашу вина. Нимфы наполнили, и поднесли ему чашу, которую Феррариус залпом осушил, и крякнул от удовольствия. Одна из нимф смущённо поприветствовала Юлинаса. Он сразу узнал в ней одну из тех, что почти сразу ушли с их первой встречи. Покрасневшая нимфа попыталась осторожно извиниться за тот случай. Юлинас лишь махнул рукой, сказав что он больше рад этому совместному распитию, ведь он впервые пьёт вместе с нимфами. Схватив кувшин с вином, Юлинас сам наполнил чаши нимф. Извинившись за заботу, нимфы как бы невзначай поинтересовались у него, правдивы ли слухи что ему удалось одолеть у мазоку вражескую богиню битвы? Юлинас покачал головой, отметив что он и не побеждал её. Вторая нимфа поинтересовалась, каким же тогда образом он заставил племя минотавров подчиниться римлянам? Усмехнувшись, Юлинас загадочно ответил, что всё просто удачно сработало. Нимфы ещё сильнее заинтересовались, и попросили рассказать им подробности. Вздохнув, Юлинас начал свою историю, как он столкнулся с неприязнью со стороны воинов, как он в одиночку отправился по бездонному болоту, и затем проник на вражескую сторону. После обнаружения богиней, он был пойман, и словно кабан привязан к шесту. Затем его доставили во вражеский лагерь, и дождавшись когда его начали колоть копьём, он обрушил на врагов своё проклятье. Он лишил женщин минотавров грудей, а их мужчин членов, после чего они с плачем склонились перед ним, и приняли выставленные им условия. Затаив дыхание, нимфы заворожённо слушали историю Юлинаса, даже те что подливали Феррариусу вино, забыли о своих обязанностях. Обиженный отсутствием их внимания, Феррариус громко возмутился что у него пустая чаша, и напомнил что именно он привёл сюда Юлинаса. К этому времени он уже изрядно захмелел, и заявил что все эти истории являются выдумкой, ведь на самом деле, Юлинас в отличие от него не обладает выдающейся силой. И в подтверждение своих слов Феррариус начал стучать Юлинаса по голове. Когда Юлинас прикрыл голову руками, Феррариус самодовольно повторил нимфам, что не стоит доверять россказням, самого неизвестного и слабого бога в преисподней. Успокоившись, Феррариус снова сел на своё место, и нимфы налили ему вина. Юлинас продолжил свою историю, как спустя три дня прибыли послы племени минотавров, которые заявили что не хотят лишаться своих членов, и заключили мирный договор. Когда Юлинас закончил свою историю, нимфы невольно улыбнулись. Юлинас отметил, что таким образом он не побеждал богиню, наоборот она одолела его. Но несмотря на это, он вернулся, получив всё что ему было нужно. Нимфы вздохнули, и неожиданно одна признались, что они недавно были в мире людей. Её подруга добавила, что святилище в каструме легиона уже закончено, а в скором времени будет построен и храм в Дрониуме. Услышав эти слова, у Юлинаса отлегло на сердце. Хоть он и мечтал увидеть всё своими глазами, он также был рад слышать что в Дрониуме и каструме легиона всё по прежнему хорошо.

По окончанию встречи довольный Юлинас вернулся домой. Узнав что ему удалось продержаться всю встречу, и не ляпнуть ничего лишнего, даже Медуза удивилась, и заявила что такое событие явно предвестник сильного дождя. Словно в подтверждение её слов, Тартар отозвался отдалённым раскатом. После этого Юлинас решит продолжить совместное распитие в компании Медузы, и велел злым духам тащить вино. Выслушав доклад прибывших нимф, Гермес долго не мог успокоиться из-за смеха, когда узнал каким образом Юлинас разобрался с минотаврами. С трудом отдышавшись, он решил что просто обязан поделиться этой забавной историей с Венерой и Атэной. Одна из нимф призналась, что они обманулись в своих ожиданиях, когда считали Юлинаса слабейшим богом. И даже после того как они узнали его историю, он не задирал перед ними нос, и не пытался кичиться своим превосходством. Вмешалась одна из нимф, которая пожаловалась на Феррариуса, который самодовольно принижал их, из-за чего они теперь питают стойкое отвращение к совместному распитию вина, поэтому они просят господина Гермеса принять хоть какие нибудь меры. Вполуха выслушав эту жалобу, Гермес нетерпеливо кивнул, пообещав перевоспитать Феррариуса при следующем визите, а пока пусть они на время забудут об этом придурке. С этими слова Гермес вскочил на ноги, и приказал нимфам готовиться к немедленному возвращению на небеса. Узнав о досрочном отбытии Гермеса, Хадес и Персефона удивились столь редкой поспешности. «Мог бы задержаться ещё ненадолго» — пожала плечами Персефона, когда они выслушали Гермеса. Тот лишь загадочно улыбнулся, и сказал что у него есть занимательная история, которой ему необходимо срочно поделиться, после чего он снова вернётся. Кивнув, Персефона попросила его в следующий раз хотя бы привести с собой Атэну или Венеру. «Если это будет возможно» — уклончиво ответил Гермес, и вместе с нимфами улетел к небесам. Оставшись наедине, Персефона неожиданно с суровым выражением взглянула на оробевшего мужа: «Дорогой. Что-то я не слышала ни о каких занимательных историях». Побледневший Хадес попытался изобразить на лице искреннее удивление, но Персефона неумолимо поинтересовалась, каковы результаты обещанного расследования? Хадес смущённо пояснил, что это расследование потребовало значительно больше времени... «Дорогой!» — строгий окрик Персефоны тут же прервал его неуклюжие оправдания. От её окрика Хадес испуганно подскочил на месте, а Персефона догадалась что он так ничего и не расследовал. Хадес снова начал неуклюже оправдаться, но Персефона тут же раскусила его ложь, и потребовала объяснить, кого же он тогда отправил на расследование? Этот вопрос загнал Хадеса в тупик, и он обречённо умолк. Глядя на поникшего супруга, Персефона пристыдила его, что он позволяет пренебрегать своими прямыми обязанностями. Услышав это, Хадес пообещал сию же минуту отправить подчинённых, однако Персефона тут же заявила что сама отправит подчинённых, ибо нет ему веры после случившегося. От этих суровых слов, Хадес лишь бессильно застонал. Юлинас неожиданно проснулся посреди ночи. Рядом с ним спала Медуза, Цербер тоже неожиданно лег рядом с ней. В этот момент Медуза снова начала плакать со сне о своих волосам, и просить госпожу Атэну сжалиться над ней. Цербер уткнулся мордой ей в бок, и Медуза притихла, продолжая свой мирный сон. Волосы - это женское сердце. Даже спустя 500 лет, это сердце по прежнему было не излечить.

В каструме 13 легиона наступило очередное утро. Собравшиеся воины молились перед новым святилищем, прося господина Юлинаса и в этот день даровать им свою защиту, крепкое здоровье и победу. К этому времени в каструме уже не было ни сенатора Матики, ни проконсула Инфериуса, оба отправились в столицу Рима. Легат Вирт тоже отсутствовал...впрочем о его судьбе вы узнаете немного позднее. Уже 10 месяцев минуло с того времени как был призван Юлинас. Городские улицы были переполнены людьми, которые стремились попасть на церемонию открытия храма Юлинаса. Сама церемония открытия храма уже началась, и на ней присутствовали все члены городского совета, дуумвир, и легат Вирт. Помимо этого здесь присутствовали Дестра, Эскельда, Зоэ и Констанция, они прибыли по просьба Далмакиса и остальных людей. Первым взошёл на подиум думмвир Далмакис: «Добрые жители Дрониума. И многочисленные жители всех окрестностей Дрониума — торжественно обратился Далмакис к собравшимся — Сегодня мы наконец то готовы открыть храм посвящённый господину Юлинасу и госпоже Медузе. Как вам всем известно, господин Юлинас - герой и спаситель этого города, а также тот, кто приумножил победы и славу Рима. Многие из собравшихся здесь помнят об этом, я тоже помню господина Юлинаса, даже сейчас помню его. Как господин Юлинас появился в стене амфитеатра, и спас несчастную девушку от проклятья госпожи Медузы. Господин Юлинас был добр. Он не отказывал никому, даже когда мы хотели лишь поговорить с ним. Помимо этого, услышав голоса простых горожан желающих встретиться с ним, господин Юлинас выделил время для встречи с горожанами на арене. Я хорошо помню. Закончив приём, он потрудился подняться на зрительские трибуны, и поприветствовать каждого прибывшего человека. Господин Юлинас - истинный бог. Добрый и милостивый бог. Господин Юлинас подарил нам надежду, свет, и новую радость. От имени всех собравшихся, я приношу господину Юлинасу нашу благодарность». Сделав паузу, Далмакис обратился к незримому богу: «Господин Юлинас. Слышите ли вы нас из преисподней? Достигают ли мои слова слуха господина Юлинаса? Пожалуйся взгляните. Это храм господина Юлинаса и госпожи Медузы. Храм для двоих. Это знак благодарности от всех нас. Все женщины любимые господином Юлинасом тоже здесь. Все собравшиеся любят господина Юлинаса. Все мы мыслим одинаково. Господин Юлинас спас город, отбросил злых варваров, и даровал победу и славу римскому легиону. Мы всегда будем благодарны господину Юлинасу за свои жизни. И наши дети тоже будут помнить о благодарности. Пожалуйста оберегайте нас. И в любое время снова возвращайтесь. Женщины Дрониума всегда будут рады услужить господину Юлинасу». Едва Далмакис успел закончить свою речь, как неожиданно раздались возмущённые крики, и из толпы вырвались последователи Святого Креста, кричащие о конце света, из-за храма воздвигнутого коварному дьяволу. Присутствовавшие на церемонии легионеры, мигом оградили адептов Святого Креста от остальных. Однако они по прежнему не собирались униматься, и кричали, что им ведомы козни дьявола, который коварно склоняет мужчин наслаждаться женской грудью. Они тут же стали требовать смерти дьявола, и разрушения его храма, грозя что в противном случае гнев господний обрушится на этот город. Воины, разгневанные этими речами, тут же надавали им по шее, и велели убираться подобру поздорову, иначе они поплатятся жизнями за хулу на господина Юлинаса. Последователи Святого Креста проигнорировали их предупреждения, и закричали что если хотят их убить, то пусть убивают, все равно они отправятся на встречу с господом. После этого они снова пригрозили, что в соответствии с учением Мессии, все кто славит дьявола, будут прокляты господом. Разгневанные воины снова отлупили их, и принудительно увели с площади. Когда адептов Святого Креста увели, Далмакис снова обратился к присутствующим, отметив что нет повода для беспокойства, ведь подобные инциденты случались и во время пребывания господина Юлинаса. После этого он объявил, что пора бы уже объявиться и большегрудой девушке. Когда в толпе раздался смех, Далмакис с улыбкой сошёл с подиума, и вместо него поднялась Пайя. В руках она держала ритуальный посох. Взмахнув им справа налево, Пайя вознесла молитву: «За свет Дрониума и господина Юлинаса, за честь Дрониума и господина Юлинаса. Мы возносим молитвы и благодарность господину Юлинасу, богу-хранителю Дрониума». Пайя вошла в храм, теперь она официально стала жрицей храма Юлинаса и Медузы.

После церемонии открытия, городские улицы были переполнены людьми, многие отправились в ближайшие таберны. Особенно большой интерес был к пышногрудым меретрикс, что и неудивительно, ведь было известно что Юлинас был богом пайзури, так что грудастым меретрикс с трудом удавалось справляться с возросшим потоком клиентов. Прибывшие из дальних городов тоже проявляли интерес, услышав от них, о знаменитой достопримечательности Дрониума "забаве господина Юлинаса", и его любимом пайзури, которое они предлагали им сделать. Были и клиенты, которые замечали, что подобные забавы не красят их как мужчин, и просили более привычное проникновение. Меретрикс возражали им, ведь это предпочитал сам господин Юлинас, они ведь не считают что он был недостаточно мужественен? Такие клиенты сразу сконфуженно умолкали, а меретрикс предлагали им попробовать пайзури, ощутив себя на месте господина Юлинаса, и насладившись удовольствием от их грудей. После этого клиенты уступали грудастым меретрикс, и они отправлялись в комнаты на втором этаже таберн. Среди людского потока оказалось и трио неудачливых ассасинов, которые едва не потеряли друг друга, возвращаясь с церемонии открытия храма. Наконец собравшись вместе, Aссасин A напомнил товарищам, что прибыли они в Дрониум с важной миссией, не заблудиться, а повеселиться. Aссасин B поддержал товарища, напомнив что сейчас главное развлечение в Дрониуме это пайзури "забава господина Юлинаса". Aссасин С поинтересовался у них, насколько это приятно, но те не имея подобного опыта затруднились ответить на его вопрос. Так и не придя к единому мнению, Aссасин A решает, что придётся им рискнуть, и попробовать на себе пайзури, которое так любил господин Юлинас. Aссасин B набравшись смелости, согласился с предложением товарища, но Aссасин С признался что просто боится лишиться члена. Aссасин A подбодрил его, заявив что им как ассасинам мечи между ног даны не для того, чтобы робеть перед огромными грудями. После этих слов вся троица решительно направилась в ближайшую таберну, при этом умудрившись в очередной раз едва не потеряться. Войдя в таберну, они тут же заказали себе по чаше слабо разбавленного вина. Пока они ожидали свой заказ, Aссасин С шепотом поинтересовался у остальных, неужели пайзури можно заняться лишь с большегрудыми женщинами? Они подтвердили, что судя по всему так и есть, и огляделись вокруг в поисках грудастых женщин. В этот момент перед ними появилось трое грудастых меретрикс, которые с улыбкой осведомились у ассасинов кто они, и откуда прибыли? Aссасин С с гордостью заявил что они являются ассасинами. Aссасин А тут же зашипел на него, напомнив что это секретная информация. Aссасин B тут же добавил, что они просто специализируются на мечах. «Я тоже неплохо владею мечами — подмигнула им одна из меретрикс — Особенно хорошо мне удаётся зажимать грудями мужские мечи». Услышав эти слова, ассасины сглотнули, и решили что неплохо бы выступить в роли их оппонентов. Меретрикс тут же пригласили их следовать за ними. Как раз прибыло заказанное вино, и ассасины залпом осушив свои чаши, решительно отправились вместе с меретрикс. Спустя некоторое время, вся троица вышла из таберны. После полученного опыта, им показалось, что они имели дело с ненасытными демоницами, в облике прекрасных женщин. После этого они разом осознали насколько прав оказался господин Юлинас, и умолкли. Aссасин С напомнил остальным, что у него ещё достаточно денег, у остальных тоже был с собой большой запас. Недолго думая, вся троица тут же последовала в следующую таберну.
Продолжение


Автор материала: grobodel
Материал от пользователя сайта.

Рецензии 24.09.2020 190 grobodel 5.0/2

Комментарии (0):
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]